Беседа Михаэля Лайтмана с Владимиром Жириновским.

М. Лайтман: Я очень рад нашей встрече и хотел бы поговорить о, естественно, самой большой проблеме, которая сегодня есть в мире - о кризисе. Как Вы считаете, в какой плоскости может быть его решение?

В. Жириновский: В экономике подобные кризисы были постоянно, поскольку всегда желающих поторговать, производить продукцию больше, чем потребности общества. Конечно, здесь есть конкретный виновник - это огромное количество лишних денег. Их в десять раз больше, чем сама экономика. И естественно, выигрывает только США, поскольку это их деньги. Поэтому самое лучшее решение кризиса и безопасность на будущее - это договориться о нейтральной валюте.

Все предыдущие периоды был допинг. Можно было прорваться на рынок Китая, это сделали 30 лет назад. Потом на рынок Восточной Европы, когда Советский Союз перестал существовать. Сейчас нет свободного рынка, поэтому это самый тяжелый кризис с точки зрения выхода. Расширятся некуда. Поэтому начинают закрываться заводы. Но просто остановка производства - это огромное количество безработных, значит, это революция.

Пока история знала два выхода: война и диктатура. Ну, диктатуру американцы, может быть, не очень любят. Значит война. Война где? Пакистан, Индия, Афганистан, в целом Ближний Восток весь - вот это вот варианты. В Африке что-то такое может быть. "Болезнь" Сомали может распространиться еще на несколько стран Африки. То есть сакцентировать внимание на внешние угрозы, дать стимул для работы американскому ВПК, может, и русский ВПК тоже примкнет. И это плохо очень.

Мы обманываем все человечество. Мы подтверждаем гипотезу, что людей слишком много, а продовольствия мало, поэтому нужны способы уменьшения количества людей. И тяжелее всего, конечно, будет в Африке. Поэтому, к сожалению, кризис этот не имеет выхода в формате экономических мер.

Скорее всего, определенные круги подтолкнут к каким-то военным операциям или к установлению диктатуры в каких-то странах. Бушевская демократия, или американская, не подходит всему человечеству. А они ее сворачивать готовы - уходят, но на их место придут исламисты. И все равно будет какой-то жупел всемирный, чтобы все боялись чего-то.

Поэтому кризис - одновременный: и идеологический, и финансовый, и экономический, социальный, политический, этнический и, наконец, просто психологический. Люди все уже ненавидят друг друга, никто ни во что не верит. В спорте - допинг. Все финансы - в основном мошеннические схемы. И это тяжело. Надо договариваться.

М. Лайтман: Скажите, пожалуйста, мы первый раз столкнулись с тем, что кризис - глобальный. Практически он затрагивает абсолютно весь мир. И не может быть решения в какой-то отдельно взятой стране или даже блоке стран - решение должно быть абсолютно глобальным.

Мы поднялись до такого уровня эгоизма, который схлестнул нас, замкнул просто в какую-то систему. Мы вдруг оказались абсолютно замкнуты в единой интегральной системе. И в такой системе существуют свои законы: каждый зависит от всех и каждый влияет на всех - взаимное поручительство, взаимное обязательство. То есть мы не имеем здесь никакой свободы воли думать каждый о себе. Мы обязаны поневоле увидеть, что это закон сегодняшний природы, мы в нем вдруг оказались.

В предыдущих кризисах мы могли быть индивидуалистами. А сегодня этого не получится, потому что мы вдруг оказались в глобальном мире. А в глобальном мире, исходя из поведения любой замкнутой интегральной системы, мы должны придти к тому, что каждый элемент понимает свою ответственность, свою полную зависимость от других, и поэтому должны достичь гармонии поведения вместе все, иначе мы просто не выживем. Мы все равно будем дальше и дальше смыкаться, соединяться и все больше зависеть друг от друга.

Не считаете ли Вы, что единственный выход в таком состоянии - это просто объяснить людям, что мы находимся на совершено ином уровне природы. Вот эта глобальная зависимость - она просто обязывает всех нас учиться. Учиться этой общей зависимости, общему влиянию друг на друга, поведению в общей глобальной системе.

В. Жириновский: Я согласен с Вами полностью. Мы должны эту разъяснительную работу вести, договариваться везде. Сегодня этот всеобщий страх перед всеобщей катастрофой заставляет нас отказаться от какой-то доминирующей идеологии. Отказаться от элементов насилия, от силовой демократии, от любых видов идеологической окраски - деления людей по цвету, по национальности, географическому фактору. Я согласен с Вами! Давайте к этому стремиться.

Эта глобализация - она имеет всегда и положительное, и отрицательное. Но в течение девятого года (может быть, даже и десятый год и одиннадцатый), пострадает вся планета. И все граждане поймут, что нельзя где-то резко улучшить положение, потому что мы зависимы: сырье - в одном месте, смежные предприятия - в другом, производство - в третьем, продают - в четвертый. И никак нельзя вырвать какое-то одно звено. Вот это прозрение придет через голод, через потерю работы, через психологические стрессы. Но все-таки я настроен оптимистично. Давайте продолжать сотрудничать в этом направлении. Новое поколение землян именно этого хотят.

Полный текст беседы и видео

Статья на сайте "Новые Известия"